В последние два года в России участились скандалы, связанные с действиями русских националистических группировок, объединенных под общим названием «Русская община». Группы людей в гражданской форме, а иногда и в военной, с вооружением и особыми шевронами, вламываются в ночные клубы с «рейдами», нападают и подвергают пыткам блогеров и журналистов, вламываются в квартиры представителей неславянских народов или публично заставляют их извиняться за что-либо под угрозой насилия. В некоторых городах, особенно в регионе Северного Кавказа, проходили националистические марши.
Весной 2025 года православный священник Гавриил публично обозвал мусульман России потенциальными врагами и убийцами. На эту речь эмоционально отреагировал «чеченский ставленник Кремля» Апти Алаудинов, но после встречи с представителями русских общин («Сорок сороков») и Гавриилом, он вынужден был сделать публичное примирительное заявление, говоря о нахождении консенсуса в идеях и взглядах. С тех пор, он достаточно активно и публично продвигает постмодернистскую версию, в которой соединяется не сочетаемое, но очень знакомое исследователям пост-колониального явление – манкуртизм или попросту голос ассимилированного империей, представителя неславянского народа, называющего себя русским («больший русский, чем сами русские»). Такой же стала и символика чеченского военного подразделения «Ахмат» принявшая в 2025 году форму кентавра, объединяющего в себе православный крест с исламским полумесяцем.
Казалось бы, очередная волна межнационального конфликта, прорывающегося с пугающей регулярностью на публичную поверхность российского общества, вновь была купирована окриком из Кремля, заставившего идеологических противников вынужденно примириться. Но вновь, очередное противостояние русских национал-шовинистов с представителями Кавказа вылилось в публичное поле. В июне 2025 года представители «Русской общины», с закрытыми масками лицами, попытались похитить двух чеченских детей в Подмосковном городе Люблино, где компактно проживает чеченская община. Судя по видеоматериалам, снятым националистами, они пристали к двум подросткам 8 и 11 лет, брату и сестре, танцевавшим во дворе дома лезгинку и после препирательств с ними, попытались их похитить, но были остановлены местными жителями. Полиция не смогла их задержать, ссылаясь на то, что у них якобы были «документы Следственного Комитета РФ», что говорит о том, что это движение покрывают силовые структуры (покровительство Бастрыкина). Впрочем, рейды по клубам националисты делают вместе с полицией, поэтому их сотрудничество никакой не секрет.
Ситуация вызвала волну возмущения как со стороны властей Чечни, так и некоторых других неславянских регионов России, и она по сей день не нашла разрешения. Власти Чечни выражают недовольство ситуацией, а отдельные чеченские бойцы вызывают представителей общины для разговоров в присутствии полиции.
Похоже, что рост межнационального напряжения, вызванный чрезмерной активностью подконтрольных Кремлю русских националистов, очевидно повышает градус внутренней конфликтности в Российском обществе. Но зачем это Кремлю? Для ответа на этот вопрос, необходимо сначала разобраться в том, что такое Русская община.
Русское национальное движение в своих радикальных национал-шовинистических и расистских формах зародилось еще в конце 1980-х годов, накануне развала СССР. В 1990 году была официально основана организация Русское Национальное Единство, сочетавшая в себе идеологию особой формы православного национализма, шовинизма, исламофобии и фашизма под руководством идеолога Александра Баркашова. Во многом она повторяла идеи и лозунги радикального движения черносотенцев эпохи поздней Российской империи и потому для ее сторонников и идеологов имперский период России является примером для подражания. РНЕ активно выступала в поддержку действий федерального центра во время Чеченских войн.
До 2000 года РНЕ существовала как более-менее единое целое, объединяя в себе идеи русского националистического политического движения. После же раскола и расхождения с некоторыми из основателей, организация разделилась на разные движения, но при этом основная ячейка РНЕ сохранилась и существует по сей день. С 2014 года большая часть сторонников РНЕ участвует в войне в Украине и набирает добровольцев в свои ряды.
На фоне раскола и уменьшения активности РНЕ в 2000-е годы, вакуум радикального национализма был занят другое организацией, возникшей в 2002 году после стихийного межнационального конфликта в городе Красноармейске Московской области. «Движение против нелегальной иммиграции» (ДПНИ) возникло как добровольное объединение для борьбы с нелегальной эмиграцией, но с менее радикальной повесткой. ДПНИ предпочитали действовать в правовом поле, но достаточно быстро переросли в политическое движение. Впрочем, РНЕ тоже было политическим движением и даже создавали партию, которая была запрещена на выборах конца 1990-х годов. Причем, обе организации изначально были оппозиционными властям в любых их проявлениях, считая Москву недостаточно уважающией национальные интересы русского большинства.
В 2000-е годы политическая игра приобрела иной оттенок и властями воспринималась более наостороженно. ДПНИ во главе с Александром Беловым (Поткиным) начали объединять сторонников самых разных политических движений, устраивали «Русские пробежки» и спортивные мероприятия, следуя фашистской парадигме «здоровья нации», появились свои музыканты этого движения, об одном из которых поговорим ниже. С этим движением связан и рост популярности русских скинхедов, ставших в нулевые годы масштабным молодежным явлением в стране. На антиправительственных митингах и демонстрациях выступали будущие политики, включая Алексея Навального, которому всю оставшуюся жизнь припоминали связи с русскими националистами.
Публичная идеология, и призывы к борьбе с «нерусскими», привели к усилению межнациональных конфликтов, как это произошло, например, в Кондопоге в 2006 году, где погромы длились несколько суток. Последней каплей для властей стали беспорядки на Манежной площади в Москве с 2010 на 2011 годы, основой которых были националистические, мигрантофобские и кавказофобские высказывания и призывы сторонников ДПНИ. Реакция властей на эти массовые беспорядки была очень жесткой. В результате, в апреле 2011 года движение было признано экстремистским Мосгорсудом.
В том же году, организаторы ДПНИ создали новую организацию «Русские», логически продолжавшую их деятельность до 2015 года, когда она также была признана экстремистской и распущена. По содержанию, это была та же организация, с теми же политическими целями и амбициями, возглавляемая политиком Дмитрием Демушкиным.
Таким образом, завершилась эпоха оппозиционных и политизированных движений русских националистов в России. Часть из них увлеклись идеями «борьбы за Новороссию» в Украине, где стали либо в нейтральную, либо в союзническую позицию к Кремлю. Другая часть оказалась подавлена властями – выдавлена из страны (частично объединились в РДК в Украине), уничтожена, либо посажена на долгие сроки в тюрьму. Особенность всех этих движений заключалась в их оппозиционности властям, стремлению к политическому оформлению и закреплению в государственных структурах, как независимой силы.
Однако, устранение политической конкуренции не привело к уменьшению спроса на националистические и расистские идеи в обществе, особенно таком шовинистическом и ксенофобском, как российское. Кремль понимал это и потому быстро взял риторику и нарратив русского национализма под свой контроль.
В конце 2020 года, на фоне масштабных и жестких акций официальных властей, направленных на борьбу с нелегальной миграцией, впервые в публичной сфере появляется неформальное объединение, НКО «Русская община». Ее основателями считаются Евгений Чесноков, Андрей Афанасьев и Андрей Ткачук – журналисты и региональные политики православного радикального толка. Первые двое, как основные организаторы, предпочитают оставаться на вторых ролях. Им приписывают плотное сотрудничество и покровительство православного олигарха Малофеева – влиятельного идеолога современной российской политической жизни. Однако, сама идея общины возникла на базе ковид-диссидентского движения Андрея Ткачука, который по сей день остается неформальным руководителем объединения.
После некоторого затишья в 2021-2022 годах, организация вышла из тени в 2023 году при негласной поддержке главы Следственного Комитета РФ Александра Бастрыкина, известного своими мигрантофобскими и исламофобскими взглядами и публичными радикальными высказываниями. С этого момента отделения и ячейки организации стали появляться во всех регионах РФ, а особенно в Кавказских. И хотя с самого начала организация позиционирует себя как действующая исключительно против мигрантов и в правовом поле, действия ее сторонников показывают, что они в равной мере воспринимают своими врагами и коренные народы России неславянского происхождения, особенно мусульман. Русская община опирается на поддержку властей и часто выходит за рамки допустимого законом, хотя и не в той мере, как это было с русскими националистами 90-е и 2000-х годов. По всей видимости, большая часть акций Русской общины проходит по согласованию с официальными властями и под их контролем, то есть, эта активность больше напоминает черносотенцев эпохи Николая Второго, чем русских националистов прошлых лет.
В эту же пользу говорит объединение усилий националистических организаций, созданных в последние годы. Это скандальные «Сорок сороков» (радикальные православные активисты, сторонники «Мужского государства» и ковид-диссиденты под руководством бизнесмена Андрея Кормухина с 2013 года) и праворадикальное движение «Северный человек», созданное националистом рэпером Мишей Маваши, тем самым, что обрел популярность в годы существования ДПНИ и «Русские», но перешедший полностью на сторону Кремля и ФСБ. Маваши более сосредоточен на волонтерстве в зоне боевых действий в Украине и поддержке радикальных националистических батальонов, вроде «Эспаньолы».
Таким образом, при административной поддержке Кремля, за последние 3 года в России выросло громадная сеть из более чем 150 ячеек «Русской общины», действующих чаще всего автономно, но по общей методичке Кремля, имеющие множество сторонников. В отличие от всех предыдущих движений русских националистов, новые движения полностью провластные и созданы для канализации ксенофобских настроений общества. С одной стороны, это выглядит менее серьезно и опасно, но с другой показывает, куда в целом движется межнациональная и межконфессиональная политика Кремля.
Проблема перехвата Кремлем русской националистической повестки состоит в том, что в условиях войны и непрофессионализма, а также в целом оголтелого шовинизма части олигархов и элиты, действие подконтрольных властям структур приводят лишь к усилению напряженности и конфликтности в стране. Особенно серьезной угрозой видится столкновение идей чеченского и русского национализмов, одинаково важных для Москвы. В попытке их разрешения заметно стремление федеральных властей синхронизировать и гармонизировать эти типы национализма через постоянную модерацию конфликтов между чеченцами (и шире мусульманами) и русскими националистами. Кремль использует их друг против друга для сдерживания амбиций, классическая политика «разделяй и властвуй». Для этого Москва использует Апти Алаудинова, как главное лицо, которое обязано договариваться о разрешении всех возможных конфликтов. Учитывая роль ставленника Кремля в Чечне после смены Кадырова, на которую надеются федеральные власти, Алаудинов видится той персоналией, которая должна будет удерживать шаткую ситуацию конфликтных взглядов и идей русских националистов и неславянских народов в русле, приемлемом для федерального центра. По уровню уделяемого Алаудинову внимания в ущерб Кадырову, становится понятным это стремление центра и его планы насчет будущего Чечни.
Будет ли эта стратегия успешной или мы увидим ее провал с последующим ростом конфликтов на межнациональной почве – покажет ближайшее будущее. Уже сейчас статистика МВД РФ и центра мониторинга «Сова» показывают рост числа нападений на выходцев из Центральной Азии и с Кавказа, а также нападений на «идейных противников» националистов. МВД РФ отмечает рост «инцидентов на этнической почве» на четверть в 2024 году. В 2025 году в Москве случился особенный скандал, когда особенно ярый активист «Русской общины» в аэропорту пытался насильно задержать женщину из Бурятии, показавшейся ему мигранткой из Центральной Азии. Ситуация привела к громкому скандалу и подключением властей Бурятии к ситуации. Однако, все попытки локальных властей и даже влиятельных чеченских представителей в Кремле обратиться в государственные органы за проведением расследований оказались без результата, что говорит об очень высокой степени покровительства над движением со стороны высшего руководства страны.
Сейчас понятно, что джин русского национализма выпущен на свободу в самый сложный момент для России, когда потенциальная смена режима может привести к потере управляемости над ситуацией. Вероятно, мы еще увидим борьбу сторон за этот ресурс в будущих политических штормах.