В марте – апреле 2025 года одной из центральных тем вокруг Чечни стали очередные слухи об ухудшении здоровья Рамзана Кадырова и его вероятной отставке. Эти разговоры начались ещё в 2023 году, когда в сентябре сразу несколько источников заявили, будто Кадыров впал в кому из-за тяжёлой болезни почек. Сам Кадыров тогда поспешил опровергнуть их, опубликовав видео из Центральной клинической больницы, где он посещал своего больного дядю. Глава Чечни выглядел ослабленным, однако уверял, что жив и здоров. Позднее независимые издания выяснили, что у Кадырова может быть диагноз панкреонекроз (некроз поджелудочной железы), требующий регулярного лечения. По данным «Новой газеты Европа», с 2019 года Кадыров дважды в год проходит в Москве плановые медицинские процедуры, а состояние его здоровья периодически резко ухудшается. Официально эта информация не подтверждена, а чеченские власти предпочли её не комментировать.
После новогодних праздников с 2024 на 2025 год Рамзан Кадыров вновь надолго пропал из публичного пространства, что подогрело слухи о его болезни. В конце января 2025 года министр по национальной политике и информации Чечни Ахмед Дудаев выступил с опровержением сообщений о пропаже из публичной сферы главы республики, назвав их вбросами от «недоброжелателей и провокаторов». Дудаев заверил, что с начала года Кадыров активно приступил к выполнению своей деятельности и держит все вопросы на личном контроле. Глава Чечни действительно оформил отпуск и временно передал полномочия председателю правительства Магомеду Даудову, но чеченские чиновники ритуально подчеркивали, что он регулярно появляется на мероприятиях.
Тем не менее, сами власти косвенно подтвердили проблемы со здоровьем фактом отправки Рамзана Кадырова на длительный отдых. В это время в кулуарах продолжилось обсуждение его возможной отставки по состоянию здоровья. Ещё в апреле 2024 года появлялись сведения, что Кремль ищет замену главе Чечни, рассматривая кандидатуру близкого Кремлю командующего спецназом Апти Алаудинова. Кадыров публично такие разговоры не комментировал, но каждый раз старался продемонстрировать, что находится в строю. Ситуация повторилась весной 2025 года. Вместо прямых опровержений сам чеченский лидер ограничивался появлением на публике и в соцсетях, тогда как его окружение от его имени высмеивало слухи. В результате к началу апреля тема здоровья Кадырова несколько отошла на второй план, хотя вопрос о том, насколько долго он сможет оставаться во главе республики, по-прежнему оставался открытым.
По данным разных источников, кампания по возвеличиванию сына Рамзана Кадырова – Адама, совпадает по времени с обострением слухов о болезни его отца. Существует мнение, что федеральные власти сами рекомендовали Кадырову-старшему отвлекать внимание общественности скандальными выходками Адама и его бесконечными награждениями. К 2025 году эта ситуация достигла уровня откровенного абсурда и высмеивается обществом. Тем не менее, Адам Кадыров уже твёрдо вошёл в число публичных фигур республики, несмотря на юный возраст. В чеченском обществе и околополитических кругах его всё чаще рассматривают как возможного преемника отца, пусть и в более отдалённой перспективе, учитывая необходимость достижения им зрелого возраста. Любой новый официальный статус или медаль Адама – это сигнал о том, что клан Кадыровых намерен сохранить власть в регионе.
Весной 2025 года внимание прессы привлекла и финансово-экономическая сторона чеченского руководства. В частности, вопросы целевого расходования средств и заграничной активности окружения Кадырова. Федеральные власти на официальном уровне публично не заявляли о каких-то проверках бюджета Чечни, однако независимые расследования проливают свет на весьма нетривиальные статьи расходов и активов чеченской элиты за пределами России.
Одно из таких расследований, проведённых изданием «Важные истории» совместно с OCCRP, раскрыло, что двоюродный брат Рамзана Кадырова Шахрудди Эдильгириев через подконтрольных лиц скупает элитную недвижимость в Объединённых Арабских Эмиратах. Согласно утечке данных Dubai Unlocked, Шахрудди стал владельцем четырех роскошных вилл в Дубае общей стоимостью более $20 млн. Причём одна из этих резиденций использовалась самим Кадыровым с середины 2010-х годов в качестве неофициальной резиденции или даже посольства Чечни на Ближнем Востоке. Именно на этой вилле в предыдущие годы останавливались эмиссары Грозного. Например, спецпредставитель Кадырова в арабских странах Турко Даудов проводил здесь встречи с ближневосточными политиками и бизнесменами. Не случайно страны Персидского залива после начала войны 2022 года, отказались вводить санкции против России, в том числе благодаря такой закулисной работе чеченской дипломатии.
Тесные связи Кадырова с монархиями Залива подтверждаются и другими фактами. Его персональный самолёт в 2021–2022 годах не менее 14 раз летал в регион, глава Чечни сопровождал Путина в поездках в Эмираты. Кадыров называет президента ОАЭ шейха Мухаммеда Аль-Нахайяна своим «дорогим братом». Благодаря такой дружбе в Грозном был создан совместный Чечено-эмиратский фонд имени шейха Зайеда для поддержки предпринимательства. По официальной информации, этот фонд планирует вложить в бизнес-проекты Чечни около $300 млн за 10 лет. В аудиторском отчёте фонда указано, что только в 2024 году в экономику России было инвестировано около 3 млрд руб., как минимум половина из которых пошла на проекты в Чечне. Также выяснилось, что в 2023 году 20-летняя дочь Рамзана Кадырова Табариф (Табарик) учредила многопрофильную компанию IRS Group, работающую в сферах от недвижимости до розничной торговли. В день основания этой фирмы было подписано соглашение о её финансировании всё тем же фондом шейха Зайеда. За первый год работы выручка компании составила 203 млн руб. при мизерных расходах, что может свидетельствовать о получении крупных льготных вливаний. Стало очень заметным, как деловая активность семьи главы Чечни стала напрямую связана с капиталом из стран Персидского залива. Таким образом происходит двустороннее движение средств. С одной стороны, значительная доля бюджета Чечни формируется за счёт федеральных вливаний, с другой сама Чечня получает финансовую подпитку от ближневосточных союзников Кадырова, что к 2025 году стало раздражать Кремль, подозревающий Кадырова в двойной игре.
Реакция официальных чеченских властей на раскрытие подобных фактов, как и следовало ожидать, свелась к молчанию. В самой республике темы финансовой отчётности не обсуждаются открыто, но на федеральном уровне нарастает понимание, что уникальное положение Чечни требует внимания. Пока что громких заявлений на эту тему нет, но сам факт появления детальных расследований о богатствах окружения Кадырова за рубежом говорит о росте интереса общества и СМИ к тому, как именно тратятся огромные средства, поступающие в республику из бюджета России. И за этими расследованиями явно стоят высокопоставленные лица.
За внешним фасадом показного единства в чеченском истеблишменте скрывается напряжённая закулисная борьба интересов, активизировавшаяся весной 2025 года. В московских политических кругах тема потенциальной отставки Кадырова обсуждается всё громче. Причём инициатива исходит от части силовиков старой школы, помнящих участие Кадырова-младшего в сепаратистском движении во время Первой чеченской войны. Эти влиятельные группы в силовых структурах, вероятно, видят в затянувшемся правлении Кадырова фактор риска и лоббируют обновление власти в республике. С их точки зрения, здоровье чеченского лидера и связанные с ним управленческие риски, это удобный предлог убедить Путина сменить руководителя.
Вероятно, на возникновение этих разговор повлияло участие «клана Кадырова» в попытке дележа бизнеса Wildberries в 2024 году, где чеченские представителя играли роль «смотрящих» или «крыши» для бизнеса. Передел крупного бизнеса вылился в крупный публичный скандал, приведший к открытому конфликту интересов Кадырова с влиятельным окружением Путина из числа дагестанских и ингушских кланов, в частности с Сулейманом Керимовым и Сергеем Меликовым. Керимов играет очень серьезную роль в организации параллельного импорта через Азербайджан и Иран, что в текущих условиях значительно усиливает его позиции. Публичные угрозы Кадырова в адрес Меликова и Керимова, которые в прошлом воспринимались серьезно, в этот раз были публично «отбиты», что значительно ударило по репутации Кадырова на общероссийском фоне. Так ему было впервые показано, что его влияние имеет границы.
Следом же выяснилось, что большую роль в событиях вокруг Wildberries играли криминальные структуры «Тбилисского клана» в лице его лидера Закария Калашова (Закро Молодой), которого в 2025 году считают лидером преступного мира России (а теперь и Грузии). Следы этого столкновения стали заметны в заявлениях Адам Делимханов в отношении братьев Мирзоян, которых тот назвал «какими-то там езидами». Учитывая, что езидское и курдское этническое самосознание играет решающую скрепляющую роль в «Тбилисском клане», это прозвучало как открытое оскорбление и вызов всему клану. Таким образом, «клан Кадырова» открыто выступил против главной криминальной структуры России и Грузии, которую Кремль в настоящее время старается взять под контроль и оставить единственной такого рода структурой в стране на фоне неспособности полностью от нее избавиться.
Рамзан Кадыров и его ближайшее окружение явно готовятся к любому развитию событий. По сообщениям ряда СМИ, Кадыров закулисно ведёт переговоры о гарантиях безопасности для своей семьи и активов в случае ухода с поста. Он стремится обезопасить своё наследие назначая на ключевые должности в республике своих родственников. Такая стратегия служит страховкой на случай появления преемника со стороны. Весной 2025-го такая расстановка сил уже налицо – ближайшие родственники Кадырова занимают важные позиции, от правительства до бизнеса, и любой потенциальный преемник вынужден будет с ними считаться.
В самой Чечне альтернативных центров силы почти не осталось. Оппозиция либо физически уничтожена, либо вынуждена эмигрировать. Реальная борьба за чеченское наследие разворачивается между разными группами влияния внутри режима. С одной стороны – это условный «клан Кадыровых», куда входят близкие родственники (Делимханов, Даудовы, Эдильгириевы и др.) и проверенные силовики типа спецназа «Ахмат». С другой, возможные фигуры, приемлемые для Кремля, но не из семьи. Например, упоминавшийся командир Апти Алаудинов, герой России и секретарь Совбеза Чечни, который теоретически мог бы возглавить республику как компромиссная фигура. Весной 2025 года ни одна из этих сторон не берёт верх. Кадыров по-прежнему у руля, а Москва занимает выжидательную позицию, внимательно наблюдая. Баланс сил во многом поддерживается личной позицией Владимира Путина. По имеющимся данным, президент России пока склоняется к сохранению статус-кво и не готов радикально менять ситуацию в Чечне без крайней необходимости. С другой стороны, Путин вряд ли станет препятствовать смене главы Чечни, если она назреет объективно по состоянию здоровья Кадырова или из-за внутрикланового конфликта. В этом случае кремль будет стараться обеспечить контролируемый транзит, не допустив дестабилизации.
Пока же статус-кво таков, что Кадыров остаётся на своём посту, опровергает слухи о болезни, а чеченские чиновники хором заверяют в его незаменимости. Однако, растущая публичность его наследников и усилившееся внимание к финансовым делам Чечни свидетельствуют, что эпоха безраздельного правления Кадырова постепенно приближается к переломному этапу, и расстановка сил в республике идёт уже сейчас.