Новости о тяжелой болезни и скорой смерти Рамзана Кадырова циркулируют в публичном пространстве уже много лет. Официальные лица каждый раз их опровергают, а Кадыров личным примером старается показать их несостоятельность. Однако, регулярность этих новостей на фоне периодов публичного молчания говорит о том, что доля истины в них есть. К концу 2025 года стало понятно, что болезнь Рамазана Кадырова действительно существует и прогрессирует, несмотря на все попытки лечения и сокрытия информации. Показателем того, что скрывать болезнь уже невозможно, стало появление видео, где Рамзан Кадыров медленно передвигается с использованием палки для опоры. Эта новость вызвала волнообразное усиление потока новостей, в которых обсуждались варианты смены власти в Чечне в случае смены ее авторитарного вождя.
Учитывая биографические особенности ряда потенциальных фигур и оценку их преемственности экспертами с привлечением инсайдерской информации, мы можем сделать некоторые осторожные выводы о фигурах и потенциальных сценариях развития ситуации в Чечне в случае смерти Рамзана Кадырова.
Сценарий «Наследник»
В последние годы Рамзан Кадыров очень стремительно и чрезвычайно настойчиво продвигал фигуру своего младшего сына Адама, как ключевую в его семейной истории. Адам получал многочисленные посты и награды, регулярно возникал в новостях, встречался с Путиным. Адам занимает в конструкции будущей Чечни, как идеальный наследник, который должен заменить отца. По сути, Рамзан Кадыров на примере сына повторяет концепцию собственной биографии, так как его отец Ахмат Кадыров точно также продвигал его самого как будущего наследника по мере достижения 30 лет – возраста позволяющего занимать в России высшие должность глав федеральных субъектов. Как говорится, ничто не ново под Луной. Такая схема максимально устраивает чеченские элиты, которые желают сохранить власть в своих руках без существенных изменений.
В истории с преемственностью Адама Кадырова обычно возникает три вопроса.
Во-первых, почему именно Адам, которому сегодня 18 лет, а не старший сын Ахмат, который на 2 года старше. Ахмат тоже занимает высокие посты в Чечне с 2024 года – министра молодежи, затем спорта, а с 2026 года уже исполняет обязанности заместителя председателя правительства. Его считают более эффективным и влиятельным руководителем, в отличие от абсолютно рафинированного Адама. Впрочем, оба сына Кадырова считаются марионетками, не способными внушать страх своим и не имеющими каких-либо существенных связей вне Чечни. Вероятнее всего, выбор на Адама пал по причине его родственных связей со «стражем чеченского режима в Москве» Делимхановым. Мать Адама Кадырова из рода Делимхановых и таким образом его фигура представляется связующим консенсусным звеном двух главнейших клановых фамилий, которые управляют Чечней. Назначение Адама неким принцем при регенте-дяде Адаме Делимханове до достижения 30-летия, чье имя он носит, представляет собой надежный вариант преемственности, который устраивает элиту.
Во-вторых, захочет ли Адам Делимханов играть роль временного управителя, пока Кадыров младший подрастет? В целом, биография и особенности мышления Делимханова говорят, что такая ситуация его устраивает. Он никогда особенно не претендовал на власть в республике. Его вполне устраивает роль посредника между Чечней и федеральным центром, который к тому же крышует бизнес и чеченские бандитские группировки, в том числе используемые для борьбы с неугодными вне Чечни. Делимханов выступает с одной стороны кем-то вроде посла Чечни в России, а с другой стороны предохранителем от межклановой кровавой мести, который держит семьи всех сторон в страхе круговой поруки.
В-третьих, устроит ли такая схема наследственности Кадыровых федеральные власти России? Вот тут мы подходим к самому интересному. Похоже, что Москва в целом непротив сохранения власти Кадыровых, но есть один нюанс.
Сценарий «Наместник»
Это как раз сценарий федеральных властей, которым хотелось бы оставить Чечню с Кадыровыми, но при этом усилить собственное влияние и уменьшить Чеченское. Идеальный сценарий для Москвы, это Кадыровская Чечня, низведенная до уровня всех остальных субъектов Северного Кавказа – с послушными пешками во главе, выполняющими все требования из центра. В этом сценарии сталкиваются две крупные фигуры, играющие роль в трансферте власти в Чечне в случае смерти Рамзана Кадырова.
Безусловно, любимчиком Аппарата Президента РФ является Апти Алаутдинов, глава батальона «Ахмат», герой войны в Украине, репутационный образ которого Москва выстраивала все последние годы. Алаутдинов послушный проводник идеологии «россиянина», который уживается со всеми религиями и народами, послушно выполняет приказы Президента. Это проводник имперской власти России. Однако, Алаутдинов имеет крайне слабую репутацию внутри Чечни, где его воспринимают «чужим», представителем не-Кадыровского клана. Выбор такой фигуры на замену Кадырову будем означать явный и прямой конфликт с местными элитами, ведущий к непредсказуемым последствиям.
С другой стороны, есть тот же Адам Делимханов, который отчасти устраивает Москву, но является очень токсичным и плохо управляемым, что раздражает федеральные власти. Проблема еще и в том, что Делимханов вызывает раскол в ФСБ, так как одна ее часть всегда его поддерживала (собственно, и создала его фигуру), а другая активно противится его фигуре. Противники Делимхановым в рядах ФСБ составляют тот костяк этой структуры, который хотел бы прибрать к своим рукам управление Росгвардией Чечни, и особенно чеченское бандитское лобби в России, денежные потоки которого представляют лакомый кусок пирога серой экономики России.
Таким образом, сценарий с наместником Москвы в Чечне встречается с двумя сложными проблемами. Один преемник неминуемо вызовет конфликт с чеченскими элитами, другой возможный старт борьбы внутри силовых структур. Избежать этой ситуации не получается, так как Делимханов – ключевая фигура и в чеченском сценарии с наследником. Единственный смягчающий вариант здесь возможен в случае, если Делимханов займет роль временного преемника в сценарии с Адамом Кадыровым, а его роль в федеральных структурах будет передана Алаутдинову. Пойдет ли на это Делимханов, покажет время и результат внутренней борьбы силовиков.
Безусловно, есть еще и другие фигуры претендентов. Например, Магомед Даудов «Лорд», спикер Парламента Чечни с мая 2024 года, который в случае смерти автоматически занимает место главы Чечни. Но его профессиональные способности, ограниченные связи и слабая поддержка Москвы говорят скорее в пользу технической фигуры, которая может занимать пост главы Чечни до окончания реализации одного из сценариев. Все остальные лица, такие как Руслан Эдельгиреев (полпред в СКФО, лояльный Москве), Якуб Закриев (образованный бизнесмен, бывший глава администрации Чечни), Абузайд Висмурадов (вице-премьер Чечни) – при всех своих особенностях, все же слабые фигуры и не рассматриваются серьезно в судьбе Чечни.
Тем не менее, остается и третий сценарий, который нельзя исключать в ситуации наличия сталкивающихся интересов сторон.
Сценарий «Хаос»
Этот сценарий не предполагает каких-то отдельных лиц и построен скорее на ситуациях, когда перемены в двух первых сценариях сталкиваются с неожиданным сопротивлением отдельных лиц, которые не захотят перемен. Предсказать что-либо сейчас сложно, но очевидно, что любые споры и недоговоренности о схеме преемственности неминуемо приведут к разбалансировке системы. В обществе, где тысячи людей и десятки кланов только и ждут любого окна возможностей для реализации кровной мести за все то зло, что натворили Кадыровы в Чечне, любая малейшая нестабильность воспринимается как шанс. Тем более, что диаспора очень внимательно следит за ситуацией и способная еще влиять на умы в Чечне через информационные каналы.
Поэтому всегда остается шанс того, что какие-либо договоренности о преемственности на каком-то этапе споткнутся о чьи-то личные интересы и ситуация выйдет из-под контроля. В этом случае можно ожидать не только роста насилия и конфликтности в Чечне, но и в соседних с ней регионах, имеющих свои счеты с Кадыровской властью, влиявшей на соседей в последние годы. О том, что такая ситуация реальна говорит та нервозность, которая распространилась в рядах глав и чиновников Северо-Кавказских республик России в конце 2025 – начале 2026 года на фоне новостей в Чечне и общего негативного фона в России. Экономические сложности и затянувшаяся война в Украине здесь наслаиваются на неопределенность ситуации в Чечне. Эта нервозность уже передалась обществу, в котором множатся слухи и споры о будущем Северного Кавказа и возможной угрозе роста нестабильности, который способен возвратить регион в ситуацию 1990-х годов.
2026 год покажет, как будут развиваться события, но одно уже ясно – они ускоряются и серьезные решения о переменах в регионе будут приниматься уже скоро.