Будет ли украшение в отношениях между Украиной и Польшей?
На фоне кризисных явлений июня, в августе между Украиной и Польшей, наблюдаются определенные встречные шаги в сторону деэскалации. Рано делать окончательные выводы, но некоторые положительные сигналы уже на поверхности.
Во-первых, рабочее совещание Владимира Зеленского в июле с участием высших должностных лиц страны из разных сфер государственного управления с объявлением дипломатических, политических и гуманитарных шагов по стабилизации отношений с польскими партнерами.
Во-вторых, остановка Президента Украины в Люблине при возвращении из США и встреча с Премьер-министром Дональдом Туском для обсуждения важных тем двустороннего сотрудничества.
В-третьих, дипломатическая активизация – визит заместителя министра иностранных дел Польши Марчина Босацки во Львов и более длительная поездка Уполномоченного по восстановлению Украины Павела Коваля, встреча спикера Верховной Рады Украины Руслана Стефанчука с Марлашеком польского Сейма Владимежом Чажастым.
Ведется работа по возобновлению конструктивного диалога и преодолению конфликтных ситуаций.
В целом, Украина и Польша действительно нуждаются в выработке новой концептуальной модели отношений на взаимовыгодной основе.
Однако для формирования правильного подхода будущей украинской политики правильным дать ответы на несколько вопросов.
Во-первых, возможно ли найти окончательное понимание в исторической сфере?
Как минимум – на данном этапе – нет.
Даже положительная по своему содержанию в целом встречи спикеров парламентов Украины и Польши запомнилась публичным высказыванием польского коллеги, где он использовал формулировку «геноцид необходимо признавать геноцидом» при размышлениях о сложных страницах истории.
В украинском информационном поле уже восприняли эту фразу таким образом, что требованием для вступления Украины в ЕС будет выступать признанием украинской стороной геноцидом событий на Волыни 1943-1944 годов. Кое-где даже несколько интерпретируем цитату.
Хотя польский парламентарий не говорил именно о «требовании» как таковой, между строк его фраз можно четко проследить тенденцию: даже самая лояльная к Украине политическая сила – не может в полной мере принять украинское видение истории.
Так, Владимеж Чажастый посещал украинских граждан, подвергшихся избиению в Польше из-за ксенофобских мотивов, публично призвал к прекращению преследований по национальной принадлежности, но в вопросе истории он выступает с других позиций.
Для объективности – в Польше нет политсилы, которая бы положительно относилась к деятельности УПА. Разница заключается только в подходах: для правительства важно сосредоточиться на стратегических вопросах взаимодействия в экономической и сфере безопасности, а тему истории – отложить во времени. Аналогичное видение ситуативно разделяют другие коалицианты.
В то же время для оппозиционных политических сил – «ПиС» и «Конфедерации» – лучшим кажется вести провокационные дискуссии по данному вопросу здесь и сейчас, пока это позволяет осуществлять мобилизацию собственного электората.
Именно поэтому, в команде премьера Дональда Туска предпочли бы не уделять сколько-нибудь резонансу историческим спорам, а президент Кароль Навроцкий наоборот, решил использовать ситуацию на максимум с политическим подтекстом.
Интересно, что даже лидер вновь парламентского клуба «Развитие плюс» Матеуш Моравецкий – критически относящийся к антиукраинской риторике отдельных коллег из «ПиС» – в вопросах исторической политики не отходит от консервативной линии.
Так, украинское руководство предприняло фундаментальный шаг для развития гуманитарного сотрудничества, дав старт проведению эксгумаций жертв Волынской трагедии.
Тем не менее, активная политизация исторических вопросов отдельными политсилами отвлекает внимание на другие нарративы и утверждения, используя историческую память польского общества против действий действующей украинской власти.
Там, где стороны должны достичь примирения, стратегическое партнерство внезапно становится заложником истории. Поэтому отсрочка дискуссий на сложные вопросы действительно выглядит рациональным, хотя и временным выходом из ситуации.
Во-вторых, какова будет Польша после парламентских выборов 2027 года?
Осенью 2027 года парламентские выборы действительно будут иметь стратегическое значение для Польши. В настоящее время «Гражданская коалиция» во главе Дональда Туска претендует на первое место с результатом в пределах 30%, но испытывает проблему с потенциальными партнерами для коалиции.
Если «Ливица» продолжает сохранять проходной результат более чем на 7%, то «PSL» вице-премьера, министра обороны Властная Косиняка-Камиша находится за пределами спасательного показателя в 5%.
На сегодняшний день, больше шансов для сценария реванша правых сил. Пока не известны его окончательные конфигурации, поскольку руководство «ПиС» декларировало нежелание идти на союз с маргинальным Гжегожем Брауном, а его «Конфедерация короны польской» стабильно держится в диапазоне 6-8%.
Отдельное влияние будет иметь ситуация и с проектом Матеуша Моравецкого «Развитие плюс», если он будет участвовать как самостоятельная политическая сила – шансы на прохождение в сейме достаточно высоки.
Начались обсуждения даже по реализации сложной задачи по формированию единого списка правых сил, где роль ключевого посредника будет играть Кароль Навроцкий.
В любом случае – опция по формированию консервативного большинства и правительства с правым наклоном кажется достаточно реальной.
Конечно, Дональд Туск будет предпринимать все усилия для удержания власти и сохраняет определенные надежды. Однако Украине целесообразно принимать во внимание все варианты развития событий.
В таком случае, для стратегических интересов официального Киева, не кажется целесообразным обострение отношений с действующим правительством (которое также выступает с прагматических позиций и пытается не допускать критического проседания отношений) ни сейчас, ни при условии их удержания у власти. Однако также не хотелось бы совместными действиями закладывать основу для радикального противостояния с потенциальными правительством и большинством правого толка.
В-третьих, какое распределение приоритетов кажется правильным в отношениях с Польшей?
Украина и Польша в дальнейшем представляют друг другу стратегическую ценность. Сохраняется достаточно перспективных направлений, где обеим странам возможно получить экономическую, безопасность и политическую выгоду. Следует ожидать активизации переговоров о возобновлении украинского транзита польской территорией в условиях сложной ситуации с обстрелами морской портовой инфраструктуры. Польские компании сохраняют интерес не только в экспорте собственной продукции на украинский рынок, но и создании условий для инвестиций в проекты восстановления Украины. Украинский военный опыт в дальнейшем представляет значительный интерес для польских военных, при условии правильных оценок ими состояния дел на современном поле боя.
Расширение польско-украинского сотрудничества в экономической и сфере безопасности будет выступать надежным фундаментом для сдерживания российских интересов и усиления роли и статуса обоих государств на европейской арене.
Безусловно, исторические вопросы будут нуждаться в прагматичном согласовании на пути европейской интеграции Украины – без эмоций, политизации и спекуляций. Указанная тема будет приобретать еще большую актуальность с приближением момента реального вступления Украины в ЕС, но до тех пор остается еще достаточно работы по открытию переговорных кластеров, содержанию европейского консенсуса по поводу санкционной политики против российской экономики, обеспечению потребности Украины в сдерживании российской агрессии и достижении справедливого мира в войне.
В указанном контексте Украине и Польше целесообразно выступать союзниками. Более того, даже если в вопросах исторической политики польское правительство стремится минимизировать напряжение, то что говорить о спровоцированных на основе политического популизма частых случаях преступлений против украинских граждан в Польше на основании ксенофобии? Польские партнеры понимают, что радикализация отдельных элементов собственного населения создает значительные внутренние политические проблемы внутри страны и чревата выходом указанного вопроса на европейский уровень, потерей Польшей репутации последовательного защитника демократических ценностей в ЕС.
Таким образом, в двусторонних отношениях сохраняется гораздо больше неотложных вопросов, где нам следует выступать союзниками, по сравнению с теми аспектами, где окончательного понимания будет лучше искать со временем.
Окно для украшения отношений остается открытым, но вопрос относительно того, удастся ли воспользоваться им, остается открытым.